Белый снег, серый лёд.

Пьяный Заяц долго не мог открыть стеклянную дверь кафе с романтическим названием «Ромашка», пока ему не помог услужливый бородатый швейцар.
— Всего хорошего, – Бородач проворно спрятал в карман мятую купюру: — Заходите ещё.
— З-зайду.
Пошатываясь, Заяц пошёл по хрустящему снегу. Луна освещала ночную аллею и падающий мелкими хлопьями снег, казавшийся в свете фонарей голубым. Он достал сигарету, щёлкнул позолоченной зажигалкой.
— Я блин вам не какой-нибудь Пасхальный кролик… Я…
— Не подпалите усы, юноша, – раздался за спиной знакомый ему голос.
Мгновенно протрезвев, Заяц медленно повернулся. Сигарета упала в снег. Ему в морду смотрел обрез двуствольного охотничьего ружья.
— Т-ты? Ты как это? Почему?
Снегурочка взвела курки.
— Подожди, подожди. Мне пришлось… Ты не можешь… Уже весна. Сегодня первое марта. Ты же…
— У тебя всегда было плохо с арифметикой. Но деньги ты считал лучше, чем даты. Этот год високосный, мой милый мартовский зайчишка, сегодня двадцать девятое февраля. Последний день зимы. Теперь и твой последний.
— Пожалуйста! Не надо! Сука!!!
Два ствола выстрелили одновременно. Заяц плюхнулся в сугроб, задние лапы беспомощно задёргались и замерли. Снегурочка подобрала сигарету, прикурила позолоченной зажигалкой, посмотрела по сторонам, на то, что осталось от головы Зайца. Спрятала под шубку обрез, взглянула на дедовский Брегет:
— Пора.
Она надела наушники.
Маленькая стройная фигурка скрылась в голубой пелене парковой аллеи, ведущей к станции электрички.

Комментариев: 11

Версия Фица.

— Не понимаю. Пусть они даже братья близнецы, но отпечатки пальцев не просто идентичны, они абсолютно совпадают на сто процентов! Как это может быть?
— У меня есть версия, босс, но боюсь, Вы сочтёте меня психом.
Штраус наклонился к Фицу:
— Говори. Я поверю во всё, что угодно, если это объяснит феномен.
— Это не феномен, босс. Просто это один и тот же человек.
Фиц сидел в кресле нога на ногу, его начальник Штраус навис над ним, глядя в упор, опираясь руками в подлокотники. Прошло несколько секунд, затем Штраус медленно произнёс:
— Не понимаю, объясни.
— Присядьте, босс, я налью выпить, и послушайте меня внимательно.
Полковник Штраус занял позицию за своим письменным столом. Фиц закурил сигарету и вернулся в кресло, опять закинув ногу на ногу. Полковник опрокинул в себя содержимое стакана:
— Ну?
— Итак, мы взяли их обоих сразу после взрыва на месте акта. Полная физическая схожесть, включая родинки и следы от детских прививок, ДНК, кровь, превосходная легенда о потерянных братьях близнецах, которые наконец-то обрели друг друга. Казалось бы всё яснее ясного. Хэппи энд. Если бы не эти злосчастные отпечатки. Так вот, босс, я долго думал и пришёл только к одному выводу. Они не братья. Это один и тот же человек.
Штраус открыл, было, рот, но Фиц опередил начальника:
— Только один из настоящего, а другой из другого времени. Скорее всего, из будущего, потому что в прошлом он никогда никуда не пропадал.
— Ты серьёзно?
— Причём из будущего ближайшего, поскольку они одного возраста. Счёт идёт буквально на сутки.
Полковник Штраус энергично мотал головой:
— Не понимаю, не понимаю, бред, сказка, как такое возможно?!
— Совершенно невозможно, но поскольку это единственное объяснение, так оно и есть.
Штраус уставился на Фица:
— Когда их повязали?
— Два дня назад. Сейчас их держат в разных номерах гостиницы «Замок» под усиленной охраной. Ждём экспертов из Израиля и Штатов.
— Чёрт! – Штраус рванул руку к телефонной трубке, но аппарат опередил его. Рука застыла над звонящим телефоном. Он знал, что сейчас услышит. Теперь уже не спеша нажал кнопку громкоговорителя:
— Слушаю.
— Господин полковник, докладывает лейтенант Ховак из гостиницы «Замок». Задержанный из восемнадцатого номера Оливер Плютт исчез! Не представляю, как это могло произойти! Я распорядился оцепить и прочесать квартал. Господин полковник…
— Не суетись, лейтенант, второй задержанный на месте?
— Так точно. Адам Плютт из шестнадцатого на месте и не меньше нашего удивлён. Не могу представить..! Где же его теперь искать…
Штраус посмотрел на улыбающуюся физиономию Фица, сам непроизвольно хмыкнул.
— Во вчерашнем дне, лейтенант. Во вчерашнем дне…
Полковник отключил громкую связь и жестом предложил Фицу докончить начатый графин.

Комментариев: 28

Отчёт №2

24-го числа мной было проведено оперативное мероприятие, в результате которого агент Миля призналась, что казённая сумма была растрачена её сожителем, неким  обер-прокурором Хульманом, на приобретение швейцарской косметики у проезжего польского коммивояжера Тэдрика, по случаю оказавшегося возле здания городской прокуратуры в минувшее воскресение. Того же числа труп господина Хульмана со следами косметики на лице  был найден в его квартире. При первичном осмотре признаков насильственной смерти не обнаружено. Густав.

Комментариев: 12

ЧЕТВЕРГ.

«О родителях, как о покойниках – плохо не говорят. Мы все их любим. Как можно не любить свою левую или правую ногу или руку? Мы одно целое.
Моему папаше всегда было наплевать на меня. Как законченный и избалованный эгоист он заботился только об удовлетворении своих насущных потребностей и обращался  ко мне, только если я мог как-то поспособствовать этому. Взявши однажды за правило вычёркивать из памяти всё негативное, из детства могу вспомнить три счастливых эпизода, связанные с ним. Как он потерял меня у книжного магазина, как забрал из детского сада раньше положенного и как пьяный в дрезину играл со мной дома на полу в солдатиков. Чем больше я становился, тем больше ему было на меня наплевать и, надо отдать моему отцу должное, сумел вызвать во мне ответные чувства. Его вмешательство в мою личную жизнь ограничивалось вопросами: «А ты не голубой?», «Когда приведёшь какую-нибудь бабенцию домой?» и т.п. А когда «бабенция» появлялась, он выплывал в коридор в семейных трусах, сопровождаемый непременным запахом перегара и с улыбочкой, которую он считал неотразимой, лез целовать гостье ручки. После нескольких таких эпизодов приглашать кого-то в дом стало совершенно невозможно. Визиты к его удивлению прекратились. Тогда он взялся за телефон. Первым хватал трубку и любезничал, пока на другом конце не раздавались короткие гудки. Вскоре и это надоело ему. Он открыл для себя телевидение. Вернее спутниковое телевидение. Когда на нашей крыше появилась первая спутниковая антенна, а в квартире заработал ресивер, всё стало на свои места. Бесконечные записи-перезаписи передач, программ, фильмов, концертов, биографий. К огромной книжной библиотеке (за которую я ему беспредельно благодарен) прибавилась не менее огромная фильмотека. Теперь любимым его причитанием стало: «Какой кошмар, кто всё это будет читать и смотреть?». Надо добавить, что он человек, несомненно, образованный, начитанный и, несмотря на полное отсутствие голоса и слуха, окончил музыкальную школу в своё время. Последние его навыки проявлялись в том, что выпивши, он плюхался на стул у фортепьяно и лупил по клавишам невпопад, пытаясь изобразить что-то из репертуара Луи Армстронга  или бряцал  мимо аккордов армейский марш, чем приводил в восторг своих гостей. Послушав однажды как я воспроизвожу на гитаре битловскую «Yesterday», он огласил: «Да, играть ты не умеешь». Высшей похвалы трудно было представить. Ещё одним из его достоинств было то, что, как и все любители закладывать за воротник, он привил мне иммунитет к алкоголю. Когда что-то нужно было ему – сын выручай, когда что-то нужно было мне – разбирайся сам. В общем, всё шло своим чередом. Пока в один прекрасный день он не исчез. То есть не буквально в пространстве, а в каком-то другом измерении. Мы по-прежнему видимся и по необходимости общаемся каждый день, но больше нет нас, есть я и есть он. Я так и не смог ни простить его, ни оправдать то, что он сделал.  Тот, кто говорит, что не любит своих родителей лжёт. Ибо как можно не любить свою левую или правую ногу или руку?»
Толстяк в серой жилетке положил исписанный карандашом лист бумаги перед  собой на стол:
— Это последнее, что он написал?
-Да.
— Похоже парень и в правду болен. Буду ходатайствовать о повторной экспертизе.
Он аккуратно спрятал очки в кожаный футляр.
— Я бы хотел пропустить стаканчик, а потом побеседовать с ним пару минут. Это возможно?
— Конечно.

Комментариев: 16

«За то, что только раз в году бывает май…»

— Моя рабочая карьера началась с работы грузчика. В пятнадцать лет мой папаша меня пристроил в перекупную контору, которую почему-то называли «биржа», и я ночами разгружал коробки с сигаретами и чаем с фур и таскал их на шестой этаж, где располагался склад. Поначалу моя бригада приняла меня настороженно. Восемь здоровенных пропитых мужиков недоверчиво оглядели мою худенькую фигуру и промолчали. Но в первую же рабочую ночь я заслужил уважение. Я носился по этажам как угорелый с тридцатикилограммовыми коробками, а они по-прежнему молча созерцали меня.  В конце концов, они насильно останавливали меня на перекуры, а так как я не курил и всё время рвался в бой, придерживали меня, покровительственно кладя на плечо руку. Так я заработал свой первый рубль и столкнулся с проблемой. Как тратить добытое кровью и потом. В итоге спустили всё с одноклассниками на всякую ерунду.
После окончания среднего учебного заведения с «биржей» пришлось попрощаться, так как возник вопрос о дальнейшей учёбе. Мне, шестнадцатилетнему ротозею, было на это абсолютно фиолетово, и я как ягнёнок на верёвочке поплёл туда, куда отвели меня мои родители. Благополучно провалив вступительные экзамены в бывший при Советах нархоз, я отбыл к деду на дачу, где провёл чудные три месяца в окружении кур, кроликов, кошек и собачат, а также переживал бурный платонический роман с местной сторожихой, двадцативосьмилетней белокурой Л., из объятий которой я был выдернут обратно в город. Теперь мне рекомендовали поступить в иногородний ВУЗ на заочное отделение, так как заочники платили меньше, имели возможность работать и проходили основное обучение в филиале в родном городе. Что я и сделал. Написал какую-то чушь о Маяковском, решил от фонаря вылетевшую из головы алгебру и с удивлением обнаружил своё имя в списках поступивших. Так я стал студентом.
Тут по случаю, в начавшуюся эпоху коммерциализации, мой сосед поставил коммерческий ларёк, именуемый в простонародии «комок», недалеко от дома и позвал меня туда продавцом. Уникальное время. Я довольно быстро влился в среду, стал при деньгах и при внимании. В ларьке я постигал тройную бухгалтерию, систему откатов, половину домашней библиотеки, табак, алкоголь, противоположный пол и вечно подворачивающуюся под руку задницу хозяйки. Но и тут беззаботное время длилось не долго. Оно имеет свойство заканчиваться. Сосед с соседкой сообразив себе новый «Додж» и две квартиры в центре решили продать уже не столь доходный бизнес.
Аккурат к этому времени я получил диплом о высшем образовании. Шесть лет! Шесть лет учёбы чему угодно, только не тому чему надо и не у тех, у кого надо. До сих пор вспоминаю те шесть лет как самые лучшие. Мордобои в общежитиях, пьянки со старшекурсницами в гостиницах, метание презервативов наполненных водой с тринадцатого этажа. Большие города, другие поезда. Это достойно отдельного повествования.
Вот мне двадцать один. Я молод и строен. Я вновь выпускник и вновь передо мной открыты дороги. Где и кем я только не работал после. С каких только вершин не падал и из каких ям не выбирался. Художник-оформитель, охранник, резчик в типографии, зав. бумажным цехом, рекламный агент, менеджер отдела рекламы, ландшафный дизайнер, мастер-дизайнер по изготовлению печатей и штампов, уличный музыкант, разнорабочий, расклейщик объявлений, продавец книг, экспедитор – это только то, что я могу вспомнить сейчас. Всё в то время давалось легко, пытливый ум как губка впитывал окружающую информацию. Я всё делал по любви. Да и разве можно иначе. Всегда друзья были рядом, женщины обожали меня, три раза делали предложение о вечном союзе, но я, бесконечно неудовлетворённый, всегда стремился к идеалу, забыв, что совершенству нет предела, в отличие от меня. Каждая моя последующая пассия была по каким-то критериям совершеннее предыдущей, и, стало быть, только дальше от меня. Я встретил идеал. Да. Но не оказался идеалом сам. И друзьям я стал не интересен в связи с непостоянством своих доходов, и подружки уже вышли замуж, нарожали дочек и развелись. Но, как ни странно, я доволен жизнью. Дети? Ну, так всё ещё впереди. У меня в пятнадцать лет всё было впереди, в тридцать лет всё было впереди, и в пятьдесят, я думаю, тоже всё ещё будет впереди. Не правда ли, мой друг?
— Ну… В определённом смысле.

 

Читать дальше
Комментариев: 42

Отчёт №1

Я так и не смог проследить, куда исчезают ночью документы из мусорного ведра, которое стоит на кухне под раковиной. Очевидно, работает профессионал. Усатый от своих показаний отказался, ссылаясь на временную потерю правого полушария. Связной явился к месту встречи на бровях и в возмутительной форме потребовал полтора литра скотча непременно тройной очистки, два фунта сахарного песка и обнажённую проститутку блондинку, крашенную в каштановый цвет. Без санкции из центра не полномочен принимать подобные решения положительно. Учитывая обстановку прошу разрешения применять табельное оружие по собственному усмотрению. Густав.

Комментариев: 15

Чебурашка.

(посвящается… ну, сама знаешь)


— Вы обратили внимание, что в квартире каждой жертвы находился плюшевый Чебурашка? Это такой русский мультяшный персонаж, обретший у нас недавно большую популярность.
— И?
— У маньяков есть свой стиль поведения, своя мотивация, дающая им импульс к действию: чёрные колготки, красные туфли, мужчины в беретах, дети, которые обижали их в детстве. Здесь же нет причинно-следственной связи. Кроме одной.
— Чебурашка?
— Да.
Начальник управления долго и внимательно разглядывал лицо стоящего перед ним человека, глубоко вздохнул и изрёк:
— Наверное, мы рановато повысили Вас в должности, старший инспектор Гомон, похоже, она Вам не по плечу.

Гомон понуро брёл домой. В голове возникали образы растерзанных в клочья человеческих тел, разбросанная постель, перевёрнутая мебель и … и сидящая в углу забрызганная кровью плюшевая игрушка. Во всех одиннадцати эпизодах…
Возле магазина игрушек он остановился. С витрины на него смотрели десятки кукольных глаз.
— Сколько стоит вот такой?
— Двенадцать крон, месье.
— Хорошо берут?
— Прекрасно! Детишки в восторге от этого ушастого русского медвежонка.
— Заверните.

Дома он повертел своё приобретение в руках, понюхал, послушал. Игрушка, как игрушка. Даже не пищит и не поёт на современный манер.
— Ну, да ладно. Утро вечера мудренее, так у вас говорят? – он поставил Чебурашку на стол: — Может ты мне и поможешь…

В три часа восемнадцать минут на пульт дежурного поступило сообщение о стрельбе по адресу: Набережная, 14. Начальник управления лично прибыл на место происшествия.
— Что произошло?
— Непонятно, господин полковник. Соседи позвонили в отделение, а те уже нам. Говорят, среди ночи услышали крики и отчаянную пальбу. Похоже, наш Гомон совсем спятил. 
— Где он сейчас?
— Он вроде как себя подстрелил. Его без сознания забрала «скорая», везут в наш госпиталь, чтобы не делать шума. С ними наш судмедэксперт  Ирен Ансе.
— Хорошо. Утром все ко мне. И чтоб ни одна газетная крыса не пронюхала!
— Понял, шеф.

— Я же говорю тебе. Чистил револьвер и…
— Это не огнестрел. Это рваная рана.
Гомон пристально посмотрел на Ирен:
— Но ты ведь напишешь, что это огнестрел? – он сжал её ладошку: – Пожалуйста.
Ирен Ансе опустила глаза:
— Это первый раз, когда я слышу от тебя это слово…

Гомон шёл по весеннему бульвару, перебинтованная выше локтя рука отдавала жгучей болью с каждым ударом сердца, истыканная уколами задница делала то же самое при каждом шаге, а с ярких витрин его провожали блестящие глаза десятков, сотен, тысяч Чебурашек.

Комментариев: 26

Староновогодняя история.

Зима. У дороги, где начинался лес, остановились два крытых армейских ЗиЛа. Из кабины выскочил капитан, лейтенант из второй машины уже орал:
— Из машины быстро! Построиться!
Из кузова, как муравьи посыпались солдаты с автоматами в руках.
— Так, лейтенант, я двигаюсь со своими к опушке, ты пойдёшь со своим отделением цепью. Живыми их можно не брать. Не торопись. Твоя боевая задача выгнать их на меня. Больше из леса им деться некуда. Не нарывайся, главное, чтобы они вышли на меня понял?
— Так точно, товарищ капитан!
— Выполняй!
— Отделение! Цепью, дистанция десять метров! Оружие с предохранителя снять, на боевой взвод, открывать огонь на поражение!
Он оглянулся. ЗиЛ капитана со вторым отделением уже скрылся за поворотом.
— Вперёд шагом марш!
Двенадцать человек с автоматами вошли в лес, как расчёска входит в запутанные волосы.

— Всё. Мне надо уводить Деда, прикроешь?
— Как он?
— Ничего, дотянет.
— Да, здорово нас посекли. Снеговика жалко.
— Ничего! У меня его морковка. Заново слепим.
— Морковка говоришь? – Медведь игриво ткнул Снегурку в бок.
— Дурак. Всё, мы пошли. Нам бы до опушки добраться, а там ищи снега в поле.
— Давай. А я их тут маленько повожу и схоронюсь. У меня тут одна берлога есть недалеко. Винтовочку-то оставь.
— Держи.
— Патронов сколько?
— Два.
Медведь подтянул дутые трусы в горошек:
— Хватит. Сама-то как?
— Не родился ещё тот мужик, который…  Вставай, Дед. Держись за меня, пошли.
Только скрылись силуэты Снегурочки и Деда Мороза в лесной белизне, как Медведь учуял знакомый ему запах армейских портянок и оружейной смазки.
«Так. Человек десять. С автоматами. Эх, говорила мне маманя, что медведям спать зимой надо. Лежал бы сейчас в постельке…». Он увидел солдат. Плюнул на указательный палец лапы, приложился к винтовке, прицелился. В прорези прицела он чётко видел фигуру. «Ну, вот вам и с Новым годом!». Нажал на спуск. От выстрела осыпался снег с ели, за которой стоял Медведь, снег накрыл его с головой. Одиннадцать автоматов разом шарахнули по такому заметному ориентиру. Медведь перекатился в примеченную ранее ложбину. Прополз по ней метров двадцать, принюхался, передёрнул затвор. «Мой дед ещё от СМЕРШа уходил, а вы хотите Потапыча нахрапом взять, салаги». Он подкрался к ближайшему дереву, оставляя лапами алые следы на снегу за собой и занял позицию. «Ага, залегли. Ссыте, суки. Ну, интересно, кто самый смелый». Он увидел, как двое оттаскивали подстреленного солдата в укрытие, а молодой офицер что-то нецензурно кричал. Цепь начала подниматься. Медведь плюнул на палец. Выстрел. Цепь разом плюхнулась в снег и тут же десять автоматов заговорили вновь. «Вояки, блин. В белый свет, как в копейку. Никакого понятия об угловой атаке. Патронов бы с дюжину, я бы вас тут всех оставил. Однако надо их уводить». Он поднялся и побежал.
— Вон он!
— Ё, это же медведь!
Медведь успел встать за спасительную ель, которая тут же приняла в себя посланные ему пули. Он крикнул:
— А ты кого хотел увидеть? Зайца что-ли?
— Я его уже видел! Это он вас всех сдал!
— Я знаю… — тихо произнёс Медведь, прислонил бесполезную уже винтовку к стволу дерева и что есть сил кинулся на всех четырёх лапах к заветной сломанной берёзе.
— Огонь, мать вашу, огонь!
Медведь бежал. «Ещё чуть-чуть, ещё, уже сейчас. Всё…». Он кубарем влетел в сугроб под сломанной берёзой. Упал в кучу сухих еловых веток и свернулся калачиком. В этой берлоге он родился. Он сунул в рот лапу, закрыл глаза, было так тепло в красной горячей луже медленно расплывавшейся под ним. Как в материнской утробе.
— Да нет его, товарищ лейтенант. Кровь повсюду, а сам как сквозь землю провалился.
А Михай Потапыч засыпал и думал: «Интересно, как там Снегурка с Дедом? Наверное уже на санях в Углич спешат, а там самовар, и плюшки…».

Комментариев: 9

Новогодняя история.

Дед Мороз подул на свои ледяные руки и начал:
— Значится так, вход в избу один, но окон много и если они  займут правильную позицию, будут простреливаться все подступы.
Снеговик спросил:
— А сколько их там?
— Минимум пять – шесть…
— Сколько!?
Снеговик развернулся и пополз в сторону леса.
Снегурка выплюнула бычок и медленно передёрнула затвор трёхлинейки. Снеговик нехотя повернул обратно:
— Посекут они нас всех тут, посекут…!
— Не ссы, холодный, -  Снегурочка отломала с физиономии Снеговика морковку, откусила и вставила обратно.
— Ты вообще-то мужик, или баба снежная?
— Я? Ах ты!...
— Тихо, — Дед мороз убрал бинокль в чехол: — А где заяц?
— Сбежал, сука.
— Догнать и пристрелить!
— Ага. В такую метель…
— Ладно, делать нечего. Одна надежда, что они часовых не поставили. Пьют, поди. Праздник всё-таки. Готовы? Поползли!

В деревянной избе на окраине села горел свет, и было слышно детский смех и звуки гармошки…

Комментариев: 14

Как заморский рыцарь решил поохотиться на Змея Горыныча.

— Так что, — путник вытер рот рукавом: — как у вас говорят: невесты-то в вашем селении есть?
— Да, откудова, Мил человек, невесты, хотя, — он оглядел прохудившиеся сапоги посетителя, блестящую кольчугу, незнакомой ковки с прорезями подмышками (это значит, чтоб рубать сподручнее было, ловко придумано), рисунок на странных монетах, но золотых, это знал точно: — Кому и кобыла невеста.
— Это верно.
— А сам ты из бар, вроде будешь, или из лихих людей?
Путник краем глаза увидел, как из-за кухонной занавески выглянул здоровенный детина с дубиной.
— Барин я, по-вашему. Только малость поиздержался, — и он улыбнулся, давая понять, что повода для тревоги нет. Затем он крикнул на непонятном языке что-то своему слуге, который точил у камина хозяйский меч и тот, захватив уже высушенную походную амуницию, нехотя потащился в конюшню, скривя рожу.
— Ну а драконы-то в ваших местах водятся?
Хозяин поначалу оскалился и громко, даже нарочито громко засмеялся, но столкнувшись со взглядом своего постояльца сел напротив и испуганно уставился на него как истукан. Его жена выронила сковороду и высунула голову.
Странный путник вновь обратился к приютившему его в эту дождливую ночь семейству:
— Ну конечно,- медленно протянул он: — Он здесь… Значит, он ночует теперь у вас. А я его три недели у норы ждал.
— Да что ты, батюшка, да какие драконы! Белены чё ли объелся?
В дверь вбежал слуга и как можно тише (если так позволительно выразится) заорал:
— Се ту! Се ту! – в левой руке он протянул свежее драконье дерьмо, в правой обнажённый и заточенный меч.
— Он на верху? – спросил человек у хозяйки, в ногах у которой лежал бесчувственный муж, а на груди трепетал в рыданиях сын.
Она молча кивнула.
Человек обвёл всех усталым взглядом. Он сделал два маха мечом в воздухе и стал подниматься по тёмной деревянной лестнице вверх.

 

— Чёрт бы его побрал! Жили, не тужили и на тебе  хрен с горы! Ой, мама дорогая! Чёй-то затихли они…. Бражки бы мне, Глаша, а?- внезапно очнувшийся хозяин корчмы всё ещё валялся в ногах у супруги: — Бражки…
— И мне… — детина мгновенно получил подзатыльник.
— …уй вам обоим в вашу жадную мошну, а не бражки. Уложит сейчас змея басурманин и чего? По миру с вами дармоедами пойдём! На старость кусок хлеба просить!
— А может он его, а? Наш-то хорош, да откормлен, и башки у него две. А этот-то замызганный да щупленький, ну куда ему со змеем тягаться?
— Ага! Знаешь, эти гешпанцы, да франки как своими железками машут! Одного на дороге весной Пашка Косой грабил с подельниками, так он, немчур этот, достал спицу свою и четверых к богу отправил за здорово живёшь. Четыре православные души успокоил, спицу за пояс засунул и дальше себе поехал, — жена ткнула мужа и показала на слугу постояльца.
— Да он же по нашему ни ляду не разумеет, — махнул рукою папаша.
— Бражки бы, маманя…
Ещё одна оплеуха.
— Ну чего тебе, браги жалко? – уже оживился отец, всё ещё лёжа подле сидящей на полу жены, только теперь он сложил руки на груди и скрестил ноги: — Тут в пору душу богу отдавать, а ей браги жалко.
—  Да хрен с вами! Петрушка, достань, там, в сенях наливка в квашеной капусте. Три кружака дай, да этому налей полный, — она показала пальцем на иностранного слугу.
Петрушу просить четырежды не приходилось. Все выпили на полу, не вставая. Только папаша принял более удобную позу: повернулся на бок и подпёр голову руками:
— Так чё делать то? Каюк нам теперь от обоих. Змей сожрёт, что выдали его ночёвку. А если Франт заморский ловчее окажется, порубит за то, что змею приют давали.
— Эх, мать моя, семи смертям не бывать, а одной не миновать! Чего гадать-то? А греха на душу не возьму, травить франта не буду!
— От дура-баба… Кто же его травить собирается? (плесни-ка там, Петруха) отступного дадим и всё. У него же сквозь штаны этот, как его, Китай видно, дадим сто целковых, так он довольный улетит в свою Фландрию, только пыль столбом будет. Только вот провизия еще в копеечку встанет, да как бы слух не пустил. Отвадит от нас последних-то едоков и постояльцев. В пору будет Лешего на ночлег пускать. Зима скоро, он давно просился…
Жена задумчиво почёсывала подбородок, хотела что-то ответить, но сверху раздались шаги. Муж благоразумно отключился и закрыл глаза.
На лестнице показались сначала сапоги, затем и сам проезжий господин. В тишине было слышно как слуга — француз читает молитвы благодарности, звенят шпоры победителя дракона и как брякает глиняный стакан в зубах Петрушки. Рыцарь дошёл до середины комнаты. Слуга кинулся к нему, но господин остановил его. Меч выпал из его руки на пол. Папаша вздрогнул и открыл один глаз. Тут иностранец обвёл всех присутствующих мутным взглядом и рухнул лицом вниз.
Первым вскочил папаша:
— Мать мою так! Неужели ухлопал!?
Заверещал, стоявший на коленях слуга и истошно заорала баба.
Хозяин кинулся к поверженному гостю:
— Давай, быстро, ты помогай! Глаша воду, тряпки, чего там ещё? Наливку не забудь, масло от ожогов… Э-э. Да он же пьяный.
Ещё раз понюхал:
— Ну, точно, пьяный в зад, ядрить твою и всех по очереди!
— Ой, но поссибль…
— Посебель, поебель! Вас как людей приняли! – Демьян Митрич разошёлся не на шутку: — Нука, Петруха, тащи этих непотребных в конюшню и чтобы утром даже духу их тут не было!
— Ага…
— Всё!
— Ой, — сказала Глаша.

Комментариев: 35
otpravitel
otpravitel
Был на сайте сегодня в 04:58
Читателей: 394 Опыт: 2483.72 Карма: 39.3234
все 98 Мои друзья