Матильда.

(повесть в пяти частях)

Всё началось в тот злополучный четверг (не люблю я этот день) в кабачке «Четыре глаза». Я собирался допить восьмую пинту и нырнуть к Матильде в койку, как тут ко мне за столик пришвартовался Старый Пердун, уже накачанный, но ещё «не достигнувший ватерлинии». Я взял ему ямайского, чтобы поскорее отделаться от этого обросшего вонючего трепача.
— Всё, Пердун, мне некогда. Пока я не вырубился, надо забраться на Матильду, а то она обидится.
— К чёрту Матильду! – он высморкался в свою спутанную бороду: — Погляди лучше сюда.
На столе появился кусок заляпанного пергамента.
— Вот, — грязный палец ткнул в пергамент.
— Что вот?
— Место, где Кровавая Мэри прячет свои сокровища. Сейчас она в Индийском океане, и самое время почистить её закрома. Учитывая, что за ней охотится весь королевский флот, она не скоро объявится в наших водах.
— Ты-то откуда всё это знаешь, дряхлый пропойца?
— Дело в том, Сэм, что она моя дочь.
— Ну, да. А я её мама. Я пошёл, Матильда ждёт.
— Триста тысяч фунтов золотом, не считая побрякушек, стоимостью в миллион дублонов. Ты же слышал про испанский галеон, потопленный три месяца тому назад в Рыбьем хвосте?
— Так это её работа?
— Точно. Взгляни на карту. Всё, что нужно это халупа, вроде твоей «Каракатицы», опытная команда умеющая отличить якорь от пинцета и через неделю поделим всё по-братски. Я долго думал, кому доверить это дело. Сэм, ты не пожалеешь.
  Старый Пердун выблевал ром под стол.
— А как же Мэри? Если твоя дочурка узнает… Не даром её прозвали Кровавой. Я видел, как она в Плимутском порту проткнула французского майора, а потом вырезала на его роже улыбку.
— Не дрейфь, Сэм, она у меня шустрая, заработает ещё. Погляди ка лучше на карту.
— Чёрт, Пердун, я знаю это место! Это близко, но добраться до туда будет посложнее, чем до прелестей Матильды. Надо собирать команду. Боцман Боб, Толстяк, Проныра-Нат и Скупидон. Эти ребята не подведут, а для моей «Каракатицы» больше и не надо.
— А я?
— А ты ещё не разучился держать штурвал?
Громкий трубный необычайно вонючий пердёж означал положительный ответ.
— Эх, Матильда…
— К чёрту Матильду!
— К чёрту Матильду!
— Э… Сэм, угостишь ещё стаканчиком?

Комментариев: 24

Дождь.

Базиль стоял у окна, вглядываясь в мокрую темноту улиц.
— Вечный дождь…
Телефонная трубка поворчала и, зевнув, спросила:
— Алло… Это кто?
— Вечный дождь, — вздохнул он: — Насморк природы, древний как вся планета. А потом снег, а через день град.
— Кто это?!
— Да.
— Чёрт, который час? Вы спятили там что ли?
— Самое большое разнообразие, которое она может себе позволить. Посмотри на улицы после дождя.
— Алло! Что за..?
— Каждая лужа – произведение искусства, снежинка – недостижимый идеал Родена. Град – весёлый барабанщик, ритм сердца, ритм жизни, ритм дворника под окном в пять утра…
— Идиот какой-то!..
Телефонная трубка фыркнула и заругалась короткими гудками.
Базиль печально посмотрел в пустоту.
— Странно, — потом посмотрел на белый холст, до которого он не в силах был притронуться уже полгода, краски, засохшие кисти. Лицо его сделалось ещё печальней: — Очень…

Комментариев: 17

Бриджит.

«12 июля. Ну, вот. Появились комары. Вернее один комар. Надо повесить на окно сетку.
14 июля: Где то читал, что кровью питаются исключительно самки комаров. Я назвал свою Бриджит. Так звали мою невесту. Уж что-что, а кровь пить она умела.
15 июля: Третью ночь не сплю. Комариный писк не даёт покоя. Не могу понять, почему эта мерзкая тварь не может выпить необходимую ей каплю крови и убраться восвояси. Почему она жужжит, когда я засыпаю и прямо в лицо…
17 июля: Ловкая, сука. Никак не мог её прихлопнуть.
18 июля: Пробовал брать на живца. Абсолютно голый лежу в кровати и жду, когда прилетит Бриджит. Глаза слипаются, но надежды заснуть нет. Она медленно облетает меня, приближается к лицу…
20 июля: Сегодня я сделал удивительное открытие. Комары способны телепортироваться. Во всяком случае Бриджит.
21 июля: Она хочет войны? Она получит войну! Химическую войну!
23 июля: Два баллона дихлофоса сделали своё дело! Трупа я не обнаружил, но её нет уже вторую ночь. Это победа!
24 июля: Я убью эту тварь!
25 июля: Вчера бил её по всей комнате. Разбил зеркало, вазу, уронил книжную полку и люстру. Вызванный соседями полицейский выписал мне штраф за непристойную брань и шум после 23.00.
28 июля: Силы покидают меня. Я больше не в состоянии это выносить. Надо что-то решать.
30 июля: Всё, моя милая Бриджит, сегодня решится всё.»
— Мда…, — полковник Штраус отложил тетрадку в сторону, в кабинет влетел Фиц:
— Всё в порядке, шеф!
— То есть?
— Судмедэксперт дал заключение, смерть не насильственная, никаких внешних повреждений, он принял лошадиную дозу яда.  Так что никакого криминала. Суицид. Дело в ляпе!
— А чего ты радуешься? Человек всё-таки умер.
— Да я…
— Ладно. Никаких повреждений, говоришь? – Штраус пробежал глазами медицинское заключение и внезапно его взгляд замер: — Кроме «…следа от комариного укуса на правой щеке…». Хм.
Фиц шлёпнул себя ладонью по шее и презрительно посмотрел на красный катыш в своих пальцах:
— Да, шеф, этим летом совсем нет спасения от гнуса. Надо бы сетку повесить на окна.
Штраус исподлобья посмотрел на Фица:
— А рядом с телом покойного не было обнаружено трупа комара?
— Что?
— Иди домой! Что.., — Штраус швырнул в мусорную корзину помятую тетрадку со своего стола.

Комментариев: 25

Жёлудь.

Вагон качнулся. Очередной поезд стал уносить меня из очередного города в следующий. За закрытой дверью купе послышалась возня и перебранка:
— Уно моменто, сеньор!
— Билетик Ваш, уважаемый, иначе ссажу к ядрёной бабушке, пока далеко не отъехали!
— Прего, прего!
— Так-то лучше. Вот Ваш номер.
Наконец, дверь распахнулась, потное туловище в полосатом костюме брякнулось напротив меня. Проводник оглядел меня, помещение:
— Когда курите, господа, приоткрывайте окно, хотя бы.
Дверь запечаталась, полосатый господин выдохнул.
— Перфекто…
— Вы итальянец?
— Я?! Да упаси боже! Что я Риголетто, какой-нибудь? Просто с иностранца спросу нет. Моя твоя не понимай и всё! Однако, — он поглядел на карманные часы: — Еле успел. И впрямь бы, ракалия такая, ссадил бы, как он выразился, к ядрёной бабушке! Вернусь в Петербург, непременно напишу в железнодорожный департамент, непременно! Окна открывайте! А дышать чем? Весь дым в окно и зайдёт. Одно название: «паровоз» и никак иначе! Сколько я на них накатался, матушка моя! По более, чем вот эта усатая каналья, поверьте. Закурим, что ли и вправду?.. Прошу, Вас. Или в коридор выйдем? Нет. Там это рыло свиное. Униформенное! Не понравился я ему. А если уж не понравился проводнику – держись, лучше и на глаза совсем не попадайся! А не понравился, знаете чем? Тут секрет простой. На лапу ему не дал ассигнацию, что он на площадку мне помог подскочить. И везде так! Я и по Европе покатался! И везде свиные рыла. Не поверите, вот смотрит на тебя, и думаешь, а вот захрюкает сейчас. Ей – богу! Жёлудь дать хочется! И ведь до того идея эта у меня, что нарочно ношу в бумажнике! Не верите? Глядите! Вот! Один раз и дал! В Орлеане дело было. Ну, так эта французская скотина меня обхаживала, ох, как обхаживала! Шампань, месье? Сигар, месье? И так всю дорогу от Лиона. И окошко вечером прикроет, чтоб не продуло, и утром припустит, чтобы свежесть каких-то пильских виноградников. Я то, пардон, ни черта не понимаю, только киваю, да: «уи». Папаша мой купчина зажиточный был, читать и считать умеешь, ну и хватит с тебя. Так сам и «образовывался». Служил, в стацкой, да-с… Сначала депеши разносил, потом переписчиком, потом … В общем помотало меня по чиновничьей лесенке спиральной, то вверх, то вниз. Деньгами не баловал, но и не забывал. Он-то у меня с мамашей в Томске остались, а я в столицу подался. Ох, Лагерный сад, пароходик по Томи… Но, ничего. Вот через пару дней навещу их. Тут как раз проездом будем. Сейчас больше по, как я называю, дипломатической части. Хе-хе… Дипломат… А как не быть дипломатом, как, я Вас спрашиваю?  Вот ответьте абсолютно серьёзно: Как в наше время не быть дипломатом, когда вокруг сплошные свиные рыла, которые норовят надуть, облапошить, портки, извиняюсь, стянуть и продать, а потом пропить! Ну, как?! Не был бы дипломатом, давно бы ходил с голым, извините ещё раз, реноме! Так вот. Прокатился я по казённой надобности от Лиона, значит, то есть до Орлеана. Выхожу на перрон. Любезный-то мой так и щебечет по-французски: Хрю, хрю! А я всё киваю, бумажник вынимаю, открываю и достаю ему оттуда жёлудь. Он умолкает. «Мало, может?» — говорю. Даю ещё один жёлудь. И тут только что-то человеческое в его морде появилось. Взял у меня эти жёлуди, повернулся и в вагон -   прыг! А я с тех пор всё и думаю, а может их почаще-то желудями кормить? Может они и к людям ближе станут? А? Как Вы считаете, молодой человек? Э-э, Вы уж спите. И то…
Полосатый господин вздохнул, потушил папиросу, стал глядеть в темень за окном.
— И то… дело…

Комментариев: 22

Сука.

— Миномётным огнём нас накрыло. Тут в окопах не спрячешься, тут уж кому как повезёт...
— Чего ты мелешь, а? Танки на батарею вышли и прямой наводкой..
— Юнкерсы, часа два над нами и бомбы..
— А ты что скажешь, Сивухин?
— Когда наш политрук, товарищ Колчин...
— Вот сука...
— Скомандовал вперёд, его застрелил Суворов, он был слева от меня, я видел.
— Дальше.
 — Танков небыло. Мотоцикл с коляской, офицером и пулемётом выехал к деревне.
— Да брешет, он товарищ капитан.
— Дальше, Сивухин!
— Увидел он наших, испужался, и резанул из пулемёта. Они то побегли к станции, а я к командиру и к пушке побёг, добежал — там мёртвые все. По мотоциклу винтовка дала, он повернулся и уехал.
— А ты почему не стрелял?
— Испужался я...

 

Комментариев: 2

На верх вы, товарищи!

— Они сигналят о принятии в плен!
Капитан Корсаков смотрел на три японских линкора, четыре сопровождающих эсминца и …
— «Савахи», господин капитан, — сказал старпом: — Тот самый крейсер..
— Я вижу, — Корсаков опустил бинокль: — Собрать команду на палубе. Живо!
Через тридцать секунд вся команда «Любога», включая юнги и кока стояли фо фрунт, в парадной форме.
Корсаков проверил мундир, медленно сошёл к составу:
— Здравия желаю, моряки!
— Здрав… жела… Ваш… бород..!!!
— Ну, что, молодцы! Либо грудь в крестах, либо голова в кустах!
— Так точ… Ваш… дие!!! – дружно разнеслось по палубе крейсера.
— Марсовые по вантам! Артиллерия к бою! Фугасы товь! Офицеры, по местам!!!
Все стоят не шелохнувшись. Выходит мичман Андреев, подталкиваемый другими офицерами:
— Я… Мы..
— Выполнять!!!
— Так точно, Ваше… дие!!!

Запись судового журнала крейсера «Любога»переданная японским адмиралтейством:
« «12.00 выходим из корейского порта ЧимПо.
12,35 нас приветствуют, как сдающуюся единицу.
!3.12 попадание в японский линкор «Карасаву», выше ватерлинии.
1343 попадание в японский эскадренный миноносец «Фудзи», виден огонь на наблюдательном мостике.
14.00 два попадания фосфоресцирующих снарядов по артиллерийской палубе нашего крейсера. Много раненных. Пожар.
14. 28 попадание в ходовую часть.
14.45 крейсер теряет ход. Идут ремонтные работы.
15.12 попадание в крюйт камеру японского крейсера «Савахи». Заметен пожар.
15.42 попадание ниже ватерлинии в нас.
16.34 «Саваха» взорвался, идёт ко дну.
16.39 попадание в мостик, капитан первого ранга Алексей Карлович Корсаков ранен рваной раною в грудь. Пожар на штафюте.
17. 02 много раненных. Два попадания в носовой…командование берёт на себя мичман Андреев, остальные офицеры убиты.
18. 08 потеряли ход. Три попадания по палубе. Много убитых.

18.19 японский эсминец «Ютоми» потерял ход, отстал от эскадры. Видны взрывы на юте.
18.30 наверно я последний, кто это пишет. Орудия выведены из строя, лазарет заполнен водой. Пишу слова нашего капитана: « Поднять флаг».

Комментариев: 20

Жил отважный капитан.

— Справа по борту два дыма! Дистанция тридцать кабельтов!
— Классифицировать цель!
— «Барон Штольц» и «Фон Дер Липпе»!
— По местам стоять! Носовые к бою!
Звонко заверещал боцманский свисток, матросы заметались по палубе и через секунду заняли места, согласно боевому распорядку.
— Вы хотите атаковать, господин капитан?
— Я уже атакую, господин профессор. Поднять флаг! Право на борт, полный вперёд!!!
— Это два крупнейших крейсера в мире, которые я когда-либо видел! Это безумие!
— Вы правы. В нашем адмиралтействе меня так и называют: Безумный капитан Штиль. Вы впервые пошли со мной на «Ярусе» и я Вам поясню. Во-первых, я охочусь на них уже три месяца, во-вторых нам от них всё равно не уйти, и
в-третьих лучше погибнуть в бою, чем быть потопленным, спасаясь бегством.
— Я отправлялся в исследовательскую экспедицию, а не на войну!
— Извольте, это Ваше право. Боцман! Спустить шлюпку с левого борта! Профессор Ги сходит!
— Есть, капитан!
Профессор не на шутку испугался: (он натуральный сумасшедший, и вправду высадит посреди океана):
— Нет-нет! Всё хорошо! Я с Вами, мой капитан!
— Вот это другое дело! Боцман, отставить!
— Дымы меняют курс! Дистанция увеличивается!
— Что за чёрт?!
— Они уходят, капитан!
— Проклятье! – капитан свирепел на глазах: — Самый полный!!!
— Дымы ушли, капитан!
Капитан Штиль выбежал с капитанского мостика на носовую палубу к самому бушприту.
— Тысячу каракатиц вам в … — кричал он в уже пустой горизонт: — Трусы! Канальи! Я вас всё равно достану!!!
Оказалось фамилия капитана не всегда соответствовала его характеру, но, к изумлению обескураженного профессора Ги, капитан внезапно стал, как и прежде спокоен, повернулся к стоявшему рядом старшему помощнику:
— Отбой боевой тревоги. Курс прежний.
— Есть капитан.

— Итак, что же Вы напишите в своём отчёте, когда мы вернёмся, уважаемый профессор? – они сидели в капитанской каюте: — Вы же их видели?
— А что я видел? – профессор поглядел на капитана поверх очков: — Большой дым с большого расстояния и не более. Вот что я напишу, когда мы вернёмся в Блефуску.
Капитан молча покивал, опустив глаза, потом спросил, не поднимая взгляда:
— А почему?
— Потому, мой дорогой капитан, что я не хочу, чтобы меня называли в нашей королевской академии: Безумный профессор Ги.

Комментариев: 63

Визитёр.

(перед прочтением можно оправиться и покурить)

Дед Мороз обвёл присутствующих суровым взглядом и, деловито прохаживаясь по избе, начал:
— Итак, господа, я пригласил вас с тем, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие.  К нам едет…
-  Неужели ревизор? – Снегурочка подмигнула Снеговику: — Да поди с секретным предписанием, а?
— Ой! – обделался снежками Снеговик, всё принимавший за чистую монету.
— Да нет, внученька, тут дело почище. Санта Клаус в гости жалует. Наслышался, франт заморский, про наши приключения и нате вам с кашей. С дружеским, так сказать, визитом!
— Да, — почесал бочок Волчок: — Хорошенькие дела…
— Тикать надо, тикать! – новая порция снежков покатилась под табурет.
— А мне один хрен, — Медведь махнул лапой: — Как решишь, Дед, так и будет.
— Ты что скажешь?
— Так мы можем сделать так, чтоб он до нас и не доехал.
— Это ты брось, внучка. Не доедет до нас этот студень иноземный дело нам придётся иметь уже не с нашими тюхами. Тут уже ИНТЕРПОЛ, ФБР, ЦРУ, БУНДЕСВЕР, МОССАД (прости господи) и прочая нечисть. Я так полагаю, до его приезда сидеть тише воды ниже травы. К их Рождеству он всё равно съебё…, вернётся назад. Примем честь по чести, мол тили-тили, трали-вали, тишь да гладь, да божья благодать. Покажем ему, что напраслину на нас пресса продажная наводит. Попотчуем гостя и коленом под зад.
— И то верно. Чего нам его пужаться-то?
— Чпокать его надо! Чпокать и дело с концом!
— Тикать!
— А мне один хрен!
— Ну, хватит! Решено уже! Забыли, как в прошлый раз ноги еле унесли! Я сказал, всё!
Все переглянулись и виновато замолкли.
— Так, братцы, баб в лесу не пугать, детишек не воровать, у мужиков колёса не снимать! Снегурка, ещё раз узнаю, что поломанные айфоны кладёшь в подарки… держись! Не погляжу, что внучка! Всё, более не задерживаю, опричники. Снеговик!
Испуганный Снеговик вздрогнул и замер в дверях.
— Прибери за собой.

Комментариев: 40

Бусаил.

— Удивительно всё получается в мире. Я, например, никогда не думала, что буду скучать по Вас. Вот Вы всё время рядом, настолько близко, что даже не заметны, а вот нынче Вы уезжаете и мне уже грустно. Действительно говорят: «что имеем, не храним, потерявши плачем». Ах, как это всё… прискорбно. Банально, пошло, в конце концов. Нет, это просто безнравственно! Как Вы, жалкий ничтожный субъект, смеете брать на себя ответственность распоряжаться чужими чувствами? Кто дал Вам право привязывать к себе людей? Как лохматый сатир, вдоволь натешившись простодушием и доверчивостью, Вы отбрасываете свои жертвы, словно порванные перчатки! Это чудовищно, это недостойно… это… это..!!!
— Анна Аркадьевна, голубушка, право же нет никакой возможности ждать! Пароход отходит через две четверти часа. Нельзя ли поспешить, любезный друг!
— Да-да, всенепременно, Платон Игнатьевич, я прощаюсь с Бусей. Прощайте, Бусаил, надеюсь, вы хорошо перенесёте качку.
Бусаил сонливо жмурился. Он перекочевал в руки Платона Игнатьевича, успев подлизать себе. Ничто не выдавало беспокойства в его невозмутимом туловище. И только недовольная мохнатая морда явственно и без тени смущения как бы говорила: «Какие люди всё-таки сволочи»!

Комментариев: 26

Провода.

(основано на реальных событиях)
Джудит бегала вокруг мужа, который стоял на цыпочках на табуретке, голова скрывалась в электрощитке:
— Уилбор, Уилбор, не надо! Это …
— Успокойся, дорогая! Я выпускник Кембриджа, с пятилетним стажем в Университете Её Величества, я знаю, что делаю!
— Джон! – не унималась Джудит: — Джон!
— Да, мэм?
— Ну, помогите же сэру Уилбору!
— Джон, спасибо, у Вас сегодня выходной!
— Может быть, вызвать электрика, сэр?
— У Вас выходной, Джон!
— Хорошо, сэр.
— Пассатижи, Джуди!
— Что, дорогой?
— Вот ту штуку, похожую на орехокол с красной ручкой!
— Возьми.
— А!
Вспышка, сэр Уилбор плавно полетел со стремянки на пол, пассатижи и отвёртка в противоположные стороны, стремянка на сэра Уилбора.
— Ё… твою бл… мать в пи… и в задниу!!!
Джуди наклонилась к мужу:
— Что ты сказал, милый?
— Так, — Уилбор приподнялся на локтях, глаза поймали в фокус жену: — Это.., это две недели конференции в Петербурге, научный термин, дорогая.
— Что без сомнения означает: «надо было отключить автомат», сэр, — учтиво произнёс Джон, закрывая за собой дверь.
Уилбор поднял брови:
— Я устал…

Комментариев: 11
otpravitel
otpravitel
Был на сайте позавчера в 20:06
Читателей: 396 Опыт: 3019.03 Карма: 78.1938
все 99 Мои друзья