— Мадам. Апчхи! Мадам, я бы пожелал Вам доброго вечера, если бы не чудовищный ливень, заставший измождённого путника в дороге. В самом деле, ни дать ни взять, хоть и господь и обещал боле не обрушивать на грешную землю, и радуга тому знамение, но разверзлись хляби небесные и, сдаётся мне, всемирный потоп вновь грядёт на…
— Ну, запел. Чё нада?
— Э-э… Не приютишь ли заблудшего странника, дабы мог просохнуть от божественного омовения и согреться от лютой стужи?
— Чё нада, говорю.
— Эх, метафизика. Две по сто. В одну посуду.
— Стакан что ли налить?
— Если только это у Вас получится.
— На. Пятьдесят рублей.
— Однако… Уф…
— Ловко ты её. В один захлёб.
— Практика.
— На-ка, зажуй хоть.
— Благодарю. А чтой-то пусто так в твоём кефирном заведении? Где разгульные купцы? Офицерьё? Студенты? И прочие завсегдатаи привокзальных буфетов?
— Сам же сказал, хляби небесные. В такую погоду по домам все сидят. А электричка только утром будет.
— М-м. А ты, так сказать, ночной дозор?
— Ну, вроде того. Вот, видишь, и тебе пригодилась. Не спится в ночь глухую?
— Хм,  это точно. Пути неисповедимы, а если гора не идёт к Магомету, Магомет идёт к горе. Не скучно здесь в такое время?
— Да так. Привыкла уже.
— Тебя как звать?
— Таня.
— Таня. Ларина. Так это ты другому отдана и будешь век ему верна?
— Да где он, другой-то…
— Ну, не, была у тебя любовь, была. Большая. Первая. Светлая. До дури. Ты ему всё. А он ноги об тебя вытирал. Пользовал, как клозет. Хотела детей от него, а он слинял. Или сел. Такой же алкаш, как и я. И всё рухнуло и стало пустынною пустыней. Верно? Вижу, что верно. Тебе сколько лет?
— Тридцать четыре.
— Да не реви ты. Ты ж молодая ещё тётка. И детки у тебя будут. И волосатый мужик на велосипеде с алым парусом примчится сюда и постучит в эту стеклянную дверь. Тук-тук. Ждали Вы меня, ненаглядная Танчита? И я явился чтобы увезти  Вас в прекрасную страну, где есть комната с перегородкой, раздельный санузел и стиральная машинка фирмы «индезит»…. М-да…. Как скоро закрываешься?
— Да пора уже.
— Живёшь рядом?
— Тут, пять минут.
— Я переночую у тебя. Налей-ка ещё соточку. В кредит. Эх, ну будь здорова… Танюша… Уф… Таня, Таня, Танечка с ней случай был такой… Служила наша Танечка в столовой заводской… Работница питания, приставлена к борщам… На Танечку внимания никто не обращал…
— Ну?
— Што? Што «ну»?
— Ты идёшь или нет?
— Гляди-ка, и дождик стихает…. Э выйду на улицу, гляну на село-о-о, деффки уляают и мне-е весело! Хоп!.. Пойдём.