Последний штрих.(I)

Элизабет.

«Да, именно здесь и должен жить и творить настоящий гений», думала Элизабет, «С чего эти банальные представления о подвалах, чердаках, нищете, дырявых носках, постоянном голоде и пьянстве таланта и его непризнании современниками? Глядя на этот мраморный пол, устланный коврами, стены, украшенные с редким узором обоями, гобеленами, изображениями предающихся первородной божественной радости людей, красивые светильники и завитки под потолками с целующимися ангелочками, с явным вкусом выбранный интерьер, всевозможные безделушки, привезённые с разных концов света, глядя на всё это возможно ли усомниться, что именно здесь живёт великий Гуго. Гуго, к которому обращались за советом, и возможно, нет, не возможно, а именно благодаря этому совету они и стали знаменитыми художниками». Сердце юной Элизабет забилось быстрее. Она испытала вдруг и жуткое волнение, и дарующее наслаждение сомнение. Она прижала к своей груди то, что она принесла с собой. «Ах! А вдруг это оскорбит великого Гуго? Достойна ли я и моя работа внимания и тем более времени этого эпохального человека? А если он откажет? Смогу ли я пережить эту трагедию? Ещё не поздно уйти. Броситься к двери, выскочить на людную улицу. На вокзал. Домой. Домой! Домой? Раздавленной? Пристыженной? Смирившейся? Побеждённой? Побеждённой, даже не вступив в битву? Ну, нет! Папá и мамá, тётушки и дядюшки, сестрицы и кузены, и ты, Гаспар! Ты больше всех ждёшь, что я вернусь к тебе побитой скулящей собачонкой. Нет уж!». Она решительно подняла подбородок, крепче прижала к себе свою картину, обёрнутую коричневой почтовой бумагой, пошла по бархатной дорожке к двери в конце коридора.
Откуда-то справа появился высокий худой сутулый человек в чёрном, с седыми бакенбардами, его пенсне неприветливо и страшно мерцало:
— Куда? – спросил он.
— К… К… мусь… месь… месье Гуго, — от неожиданности замешкала Элизабет.
— В очередь! – крикнул человек, длинный указательный палец указал через плечо девушки.
Элизабет обернулась и никакой очереди, а вернее сказать никого не обнаружила. Коридор был пуст. Она хотела уточнить громкую рекомендацию, но ещё раз обернувшись, увидела, что сутулый исчез.
— Слушаю Вас, мадмуазель, — вежливо и отчётливо раздалось слева: — Приятная прогулка для погоды, не правда ли? – теперь, сложив худые ладони в замок, сутулый улыбался, стёкла пенсне сверкали весьма дружелюбно.
— Погода?
— Весьма любезно, что Вы не прихватили с собой зонт, и даже весьма разумно. Любезно, потому что нет необходимости искать место, куда бы можно было его определить и разумно, потому что Вам не придётся чувствовать себя неловко. Однако Вас привели в этот дом не только разговоры о погоде и зонтах, предметах в которых Вы, без всякого сомнения, разбираетесь. Итак, я весь во внимании…
Пенсне перелилось благожелательной радугой.

                                                         

Обсудить у себя 6
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

otpravitel
otpravitel
Был на сайте в этот понедельник в 19:10
Читателей: 397 Опыт: 2395.63 Карма: 73.2058
все 100 Мои друзья